Но змей родится снова? [= Убить Змея] - Валерий Вайнин

— Я тоже рад тебя видеть.

Даша размахнулась другой рукой, примеряясь более тщательно. Рука ее, однако, вновь загребла воздух.

— А вот это уже хамство, — вздохнула Даша. — Пойдем, накормлю котлетами.

Глеб замотал головой.

— Да нет, спасибо, я…

— Никогда! — Она поводила пальцем перед его носом. — Слышишь, никогда не смей говорить «нет, спасибо»!

Глеб снял куртку и повесил на вешалку.

— Но за это, — сказал он без всякой надежды, — ты покажешь мне Ольгин список.

Улыбка на Дашином лице погасла.

— Ты пришел лишь за этим?

— Никогда! — Глеб поводил пальцем перед ее носом. — Слышишь, никогда…

— Ластик, — буркнула Даша.

— …не смей мне задавать таких идиотских…

— Я говорю: ластик! — притопнула она ногой. — Похвалишь мои котлеты — получишь этот список!

Глеб вытаращил глаза от удивления.

Котлеты оказались действительно очень вкусными, и Глеб уминал их прямо-таки бессовестно. Пока он ел, Даша работала на компьютере. И когда Глеб, вымыв за собой посуду, вошел в комнату…

Даша была в очках. Обложившись англо-русскими словарями, она сидела за письменным столом и правила текст на экране дисплея. Но как же ей шли очки!

— С восьми утра не разгибаюсь, — пожаловалась она. — Шестьдесят страниц этой мутоты надо перевести к понедельнику.

Глеб с сочувствием уточнил:

— А сегодня у нас…

— Уже пятница, — вздохнула Даша. — Придется пару ночей не поспать.

— Ну прямо! — возразил Глеб.

— Хоть прямо, хоть криво… — Она выдвинула ящик стола и достала вырванный из блокнота листок. — Держи, как обещала.

Глеб бережно взял листок. Почерк у покойной журналистки был ужасным. Присев на укрытую пледом тахту, Глеб кое-как разобрал записи:

Супруги Манько (Валентина и Павел) — мастера бального танца

Игнат Владимирович Дока — Криминальный авторитет

Федор Лях — художник

Марья Павловна Шлыкова — домохозяйка

Владимир Григорьевич Святов — генерал-лейтенант ФСБ

Наталья Салтыкова — Колдунья

Виктория Бланш — фотомодель

И.Г.З. — учитель русского языка

Дмитрий Аркадьевич Грачев — бизнесмен, связанный с криминалом

Элен Вилье — французская киноактриса

Напротив каждого имени был указан номер московского телефона. За исключением колдуньи Салтыковой: в ее строке вместо телефона был записан адрес.

Положив листок на колено, Глеб откинулся на спинку тахты.

Даша подошла и присела рядом.

— Ну как? — Она взяла листок с колена Глеба. — Извлек что-нибудь полезное?

Глеб помедлил с ответом. И вместо ответа спросил:

— В списке этих имен тебя ничего не удивило?

Даша внимательно посмотрела ему в глаза.

— Ну, разве что… как они вообще попали в один список?

— Вот! — мрачно усмехнулся Глеб. — Даже в клубе филателистов эти люди вряд ли могли бы оказаться вместе. Тебя не интересовало, что их объединяет?

— Конечно, интересовало. Но я подумала, что…

— Погоди, — перебил Глеб, сдерживая волнение, — давай по порядку. У кого из них ты успела побывать, пока я не стал твоим телохранителем?

Даша ткнула в список перламутровым ноготком.

— Вот, у Феди Ляха. И у Игната Доки. Занятный, между прочим, дядечка…

— О чем у вас шел разговор?

— Да так, в общем. Мою сверхзадачу ты знаешь: вычислить заказчика. Федя пригласил меня в свою мастерскую, показал работы… Впечатление довольно сильное, но какое-то зловещее. Этот художник, безусловно, талантлив. А Игнат Владимирович, как положено, повел меня в ресторан, распустил хвост и заливал что-то о превратностях российского бизнеса.

— И у каждого из них ты поинтересовалась, не был ли он знаком с Ольгой Самарской?

— Весьма ненавязчиво. Как бы к слову.

Глеб хмуро кивнул.

— И тут же начались телефонные угрозы. И дядя твой, которого почему-то нет в этом списке, нанял меня по дешевке, чтоб я за тобой шпионил. То-то я ломал голову!

Даша заставила себя улыбнуться.

— Послушайте, лорд Грин, вы не могли бы, так сказать, сбросить завесу…

— Ты не называла этим первым двоим других имен из списка? — вновь перебил Глеб. — Не пыталась выведать, что их всех объединяет?

Даша вздохнула:

— Обижаешь, начальник. Отец частенько мне твердил: во время интервью лучше не задавать главного вопроса — надо строить беседу так, чтобы твой герой сам проболтался.

Глеб опустил глаза.

— Вот поэтому, — сказал он тихо, — ты тут еще сидишь и переводишь с английского. А подруга твоя, Ольга… очевидно, поспешила этот главный вопрос задать.

В Дашиных глазах мелькнул испуг.

— Может, все же объяснишь…

— Как ты собиралась вычислить заказчика? — вновь перебил Глеб.

Даша встала и нервно прошлась по комнате.

— Черт, и курить нельзя!.. В день убийства Оля мне позвонила и обещала заехать за этим треклятым списком. И в трубке я услышала, как ее кто-то позвал: «Кофе готов, мой свет!» Голос был странный: не то мужской, не то женский. Но если б я его опять услыхала, я б не ошиблась.

Глеб посмотрел ей в глаза и с чувством произнес:

— Дура.

— Нет, ей-богу, — Даша продолжала кружить по комнате, — у меня абсолютный слух, так что можешь быть уверен…

— А кто такой, — Глеб заглянул в список, — И.Г.З. — учитель русского языка?

— Ну откуда я знаю?! — взвилась Даша. — Диктуй телефон! Сейчас позвоню и выясню!

— Я тебе выясню! — взорвался Глеб. — Так тебе выясню!.. Всё, кончились твои девичьи подвиги! Без меня больше ни шагу, поняла?! Я тебя и в туалет водить буду!

Даша встала против него, подбоченясь.

— Какой сервис, лорд Грин! За пятьсот-то баксов!

Глеб похлопал по тахте рядом с собой.

— Ну-ка сядь!

— Не командуй! — Даша села. — Раскомандовался тут!

Глеб потер ладонями виски.

— Послушай… брось талдычить про деньги. Раз и навсегда. Сколько тебе заплатить, чтоб ты не высовывалась?

— Только за это?!

— Дашка, остынь! Я наделал ошибок, я тупей барана…